С цветной фотографии на мир смотрит жизнерадостный, красивый малыш с большущими глазами.
- Сын в свои два года был намного умнее меня. Значит, он должен был прийти в этот мир, чтобы предотвратить другие страшные случаи, чтобы другие люди больше не теряли своих детей , - еле сдерживает слезы мать Давида.
Заботливая подруга подносит к ее лицу ватку с нашатырным спиртом. Глубоко вдохнув, Юля замечает слезы на наших глазах: «Не плачьте, мой сын этого не любил».
Несколько дней назад Юлия Пелюх повела своего мальчика на простую операцию по удалению аденоидов. Кроме увеличенного аденоида ребенок был совершенно здоров. Прошло около 2-х часов, а операция все не заканчивалась, Юля не находила себе места от волнения. А через несколько минут из операционной вышел врач и произнес убийственные слова: «Мы его потеряли…» В ходе операции с ребенком случился анафилактический шок, пояснили медики, скорее всего аллергическая реакция на лидокаин, далее отек мозга, и быстрая смерть...
- Я предупреждала врача, что у моего сына может быть аллергическая реакция на лидокаин, потому что у старшего сына она есть. Конечно, просила его сделать пробу, перед тем как вводить наркоз, но врач, очевидно, этого не сделал. Когда мне сказали, что Давид умер, я совладала с собой, зашла в операционную и внимательно осмотрела тело. Следов от инъекции нигде не было, выходит, врач закапал лидокаин прямо в носик Давида, - вспоминает Юля. – Дело в том, что когда операция проходит под местным наркозом, анестезию делает оперирующий врач, анестезиолога не приглашают.
Семья погибшего ребенка уже обратилась в прокуратуру, заведено уголовное дело, но с родителями правоохранители еще не встречались. Все документы и медицинские карточки изъяты. Облздрав проводит свое расследование и обещает вынести заключение через три недели, но мать погибшего ребенка боится, что результаты могут сфальсифицировать.
- Поймите, я не хочу наказывать врача, я не мести желаю, а правды. Я хочу знать, почему умер мой ребенок! И было ли в операционной сделано все, чтобы спасти его жизнь? Минздрав Украины просто обязан пересмотреть законы и сделать так, чтобы каждая мать могла наблюдать за своим ребенком во время операции, чтобы врачи объясняли родителям каждый свой шаг. Я ни перед чем не остановлюсь. Сейчас у меня на руках есть заключение судмедэкспертизы, где четко указано, что смерть наступила от анафилактического шока. Если в ходе расследования заключения изменятся, я готова пойти даже на эксгумацию, - говорит мать.
Главврач больницы, в которой случилась трагедия.
Главный врач городской больницы №8 – Ломза Оксана Евгеньевна комментировать действия врача, совершившего роковую ошибку, отказалась:
- Я не буду давать оценку ситуации. Все выводы сделает комиссия, - говорит Оксана Евгеньевна.
Но на самый важный вопрос: сделал ли врач пробный укол лидокаина - нам все же удалось добиться ответа.
– Оперировавший врач пробу на применяемые препараты не делал. Есть закон Минздрава Украины от 2002 года, в котором прописаны случаи, когда нужно делать пробу, и когда нет. Чем руководствовался врач в этой ситуации, я не знаю. Сейчас он работает, людям ведь не прикажешь не болеть, а у нас ежедневно 280 больных.
Евгений* - врач, который оперировал Давида, не посчитал нужным попросить у матери мальчика прощения и высказать соболезнования. Но вместо этого признался ей, что погибший ребенок преследует его ночами. Доктор попросил у матери фотографию улыбающегося Давида, чтобы повесить ее на стене своего кабинета.
- Я – высококвалифицированный врач и уверен, что ни в чем не виноват, и этот трагический случай не помешает мне продолжать врачебную практику.
15 августа в семье Пелюх намечался праздник, маленькому Давиду должно было исполниться 2 года.
* Имя изменено, так как еще идет следствие.
Алина Новик, Анна Вертегел
"Комсомольская правда Днепропетровск"
kp.ua
